Конфискация активов всё чаще приводит к распаду корпоративных империй и перераспределению значительных состояний в пользу более лояльных государству бизнес‑структур. В последнее время это вызывает растущую тревогу среди российских предпринимателей и инвесторов.
Опасения предпринимателей
С 2022 года у представителей бизнеса усилились страхи относительно возможных конфискаций. Давление со стороны государства выражается в возбуждении уголовных и административных дел по самым разным обвинениям — от коррупции до обвинений в поддержке действий за рубежом или наличии двойного гражданства.
Дело Мошковича
В одном из резонансных дел суд удовлетворил требование о передаче государству контрольного пакета акций крупной сельскохозяйственной компании. Кроме того, с банковских счетов владельца были изъяты значительные суммы: более 10,5 млрд рублей, 1,8 млн долларов, 1,6 млн евро и свыше 200 млн юаней.
Через несколько дней после ареста активы были переданы в управление дочерней структуре государственного сельхозбанка, что стало одним из примеров оперативного перераспределения контроля над предприятиями.
Перераспределение активов
Юридические и аналитические эксперты отмечают, что под видом антикоррупционных мер реализуется масштабное перераспределение собственности в пользу государственных или аффилированных с властью структур. По данным московской юридической фирмы, лишь в прошлом году в рамках антикоррупционных дел было конфисковано около 1,1 трлн рублей — примерно в восемь раз больше, чем в 2024 году; это сопоставимо с третью всех конфискаций, проведённых в 2025 году.
Эксперты также подчёркивают, что иски об антикоррупционных нарушениях всё чаще становятся инструментом перераспределения активов в интересах государства.
Кто получает выгоду
Аналитики указывают, что чаще всего лишаются активов те предприниматели, у которых менее прочные политические связи; в то же время связанные с властью лица и структуры нередко оказываются среди бенефициаров «мягкой национализации». В ряде публикаций отмечают конкретные семейные и корпоративные группы, которые расширили своё присутствие в крупных активах страны после серий конфискаций.
